Одно из самых громких дел столичной судебной хроники этого лета получило развязку: Савёловский районный суд Москвы огласил приговор двум женщинам, которые еще недавно официально представляли интересы блогера Александры Митрошиной, более известной аудитории под именем «Матерь Бложья». Адвокат Алиса Волхова и налоговый консультант Ольга Гольцева признаны виновными в хищении денежных средств своей клиентки и отправлены в колонию общего режима на четыре года каждая. Заключение под стражу было назначено немедленно — обеих взяли прямо в зале суда. Приговор в законную силу пока не вступил, а значит, юридически вопрос о вине фигуранток остается открытым до рассмотрения возможных апелляций: и защита, и обвинение вправе оспорить решение первой инстанции.
Суть обвинения и вынесенное наказание
Следствие установило, что события разворачивались с января по март 2024 года — в тот момент, когда сама Митрошина уже находилась под пристальным вниманием правоохранительных органов из-за отдельного налогового расследования. Именно этим обстоятельством, как считает обвинение, и воспользовались Волхова с Гольцевой: действуя, согласно материалам дела, совместно и по предварительной договоренности, они убедили блогера в срочной необходимости крупных денежных вливаний для «урегулирования» ее юридических затруднений.
Формально обеим предъявили обвинение по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса России — мошенничество, совершенное в особо крупном размере. Помимо уголовного наказания, суд удовлетворил и гражданские иски потерпевшей стороны: с Гольцевой постановлено взыскать порядка 21,5 млн рублей, с Волховой — около 20,1 млн рублей.
Любопытно, что итоговое решение суда оказалось заметно мягче требований гособвинения. Прокуроры настаивали на куда более суровом наказании: для Волховой запрашивалось шесть лет лишения свободы, штраф в размере миллиона рублей и запрет заниматься адвокатской практикой сроком на три года; для Гольцевой — пять лет и пять месяцев колонии с аналогичным денежным взысканием. Суд, однако, остановился на четырех годах для каждой из подсудимых, не назначив ни дополнительных штрафов, ни запрета на профессиональную деятельность.
Неожиданная позиция самой пострадавшей
Отдельного упоминания заслуживает поведение потерпевшей стороны в этом процессе. За несколько дней до вынесения приговора, 11 августа, Митрошина написала в своих социальных сетях, что лично обращалась к суду с просьбой не применять к бывшим юристам реальное лишение свободы, а ограничиться условным сроком. Мотивировала она это наличием у обеих женщин несовершеннолетних детей. Соответствующее ходатайство в суде поддержал и действующий адвокат блогера. Судебная коллегия, впрочем, эти доводы во внимание не приняла и назначила именно реальные сроки заключения — что само по себе не редкость для дел о хищениях в особо крупном размере, где позиция потерпевшего носит рекомендательный, но не обязывающий характер.
Как строилась схема: от налоговой до тихоокеанского острова
Судя по данным, приводимым в открытых источниках, включая публикации деловых изданий, совокупная сумма, которую Митрошина перечислила своим бывшим представителям за время сотрудничества, превышает 68 млн рублей — то есть значительно больше той суммы в 41 млн рублей, которая легла в основу уголовного дела. Разница, вероятно, объясняется тем, что не все переводы следствие сочло охватываемыми составом преступления либо часть операций рассматривалась в иной правовой плоскости.
Один из ключевых элементов схемы, как утверждает обвинение, строился вокруг проблем блогера с налоговой службой. Митрошину, по версии следствия, убеждали, что немедленные выплаты необходимы для предотвращения принудительного списания задолженности — той самой, из-за которой против нее было возбуждено отдельное уголовное дело. По данным ряда изданий, в разговорах с клиенткой юристы также ссылались на возможность неформального решения вопросов с сотрудниками налоговых органов и судебными инстанциями; впрочем, эти утверждения фигурируют лишь в описании версии обвинения и не составляют отдельного эпизода о даче взятки должностным лицам — подобное обвинение фигуранткам не предъявлялось, и данные заявления следует расценивать с осторожностью.
Наиболее резонансным элементом дела стало обещание вычеркнуть Митрошину из так называемых «черных списков» Интерпола и администрации президента России. В ходе расследования выяснилось, что никаких подобных реестров в действительности не существует — а деньги, полученные под этим предлогом, были потрачены на иные цели. Кроме того, свыше 12 млн рублей блогер передала якобы за содействие в получении гражданства Республики Вануату — небольшого островного государства в южной части Тихого океана. Стоит отметить, что программы «гражданства за инвестиции» на Вануату действительно существуют и официально администрируются властями этой страны, однако процедура предполагает прямое взаимодействие заявителя с уполномоченными государственными структурами или аккредитованными международными агентами, а не с третьими лицами, не имеющими отношения к правительству острова.
Куда именно уходили деньги
Следствию удалось частично проследить движение похищенных средств. Так, 10,5 млн рублей поступили на счет индивидуального предпринимателя Волховой — формально как оплата медиативных услуг. Еще 9,5 млн рублей были перечислены на счет подконтрольной ей коммерческой структуры. Наконец, около 21 млн рублей ушли на счет некоего благотворительного фонда. Характер и обоснованность каждой из этих операций стали предметом отдельного изучения в ходе следствия и легли в основу доказательной базы обвинения.
Признание вины: сначала полное, затем частичное
Еще в октябре 2025 года, задолго до начала судебных слушаний, Волхову и Гольцеву поместили под домашний арест. По информации, которую тогда распространял Следственный комитет, на первых допросах обе женщины полностью признавали свою вину в инкриминируемых им деяниях. Однако к моменту судебного разбирательства их позиция претерпела изменения: в суде подсудимые заявили о согласии с обвинением лишь частично, оспаривая, по всей видимости, отдельные эпизоды или юридическую квалификацию содеянного. Подобная эволюция процессуальной позиции — нередкое явление в делах экономической направленности и сама по себе не может расцениваться ни как подтверждение вины, ни как доказательство невиновности: это законная реализация права обвиняемых на защиту.
Откуда растут корни истории: собственное дело Митрошиной
История взаимоотношений блогера с бывшими юристами неотделима от ее личного уголовного преследования — именно оно, по сути, и создало почву, которой, как считает следствие, воспользовались подсудимые.
Согласно материалам расследования, в период с октября 2020 года по май 2022 года Митрошина, занимавшаяся продажей образовательных курсов и инфопродуктов, уклонилась от уплаты налогов на сумму более 127 млн рублей. Следствие связывало это с применением так называемой схемы «дробления» бизнеса — распределения выручки между формально независимыми, но фактически аффилированными индивидуальными предпринимателями, что позволяло сохранять право на применение упрощенной системы налогообложения.
Впоследствии блогер полностью погасила образовавшуюся задолженность вместе со штрафами и пенями — в общей сложности свыше 217 млн рублей, после чего уголовное дело об уклонении от уплаты налогов было прекращено еще на стадии предварительного следствия. Для изыскания необходимых средств Митрошина в 2023 году продала квартиру на Краснопресненской набережной за 55 млн рублей, а годом позже расторгла договор долевого участия на другую квартиру — на Большой Дмитровке, вернув себе 60,2 млн рублей.
Тем не менее закрытием первого дела история не завершилась: следом возникло второе уголовное преследование, на этот раз связанное с легализацией (отмыванием) денежных средств, добытых, по мнению следствия, преступным путем. Следователи пришли к выводу, что, приобретая одну квартиру и заключая договор долевого участия на вторую, блогер вложила в недвижимость порядка 115,2 млн рублей — средства, связанные с ранее выявленным налоговым эпизодом.
7 марта 2025 года Митрошину задержали в аэропорту Сочи по прилете из Дубая. Позднее она сама рассказывала, что именно ее юристы — те самые Волхова и Гольцева — уверяли ее, что «все вопросы с налогами закрыты» и возвращение на родину безопасно. После задержания блогера поместили под домашний арест, а впоследствии она признала вину по эпизоду о легализации денежных средств.
18 июня 2026 года суд признал Митрошину виновной по части 4 статьи 174.1 Уголовного кодекса и назначил ей три года лишения свободы условно, а также постановил конфисковать имущество на сумму более 115 млн рублей — то есть в размере средств, признанных легализованными. Спустя несколько дней, 23 июня, с блогера был снят электронный браслет, использовавшийся для контроля за соблюдением условий домашнего ареста.
Впрочем, точку в этой истории ставить рано. В июле прокуратура обжаловала приговор, вынесенный Митрошиной, посчитав назначенное ей наказание чересчур мягким: гособвинение настаивает на реальном лишении свободы сроком на три года в колонии общего режима с сохранением конфискации тех же 115 млн рублей. В свою очередь, защита блогера также подала апелляционную жалобу на приговор, не раскрыв публично ее содержания. Таким образом, итоговый правовой статус этого дела на данный момент остается неопределенным и будет зависеть от решения апелляционной инстанции.
Что означает этот приговор и что будет дальше
Ни приговор Волховой и Гольцевой, ни приговор самой Митрошиной пока не вступили в законную силу. У обеих сторон каждого из процессов — защиты осужденных юристов, прокуратуры, недовольной мягкостью назначенного им наказания относительно первоначально запрошенных сроков, а также защиты и обвинения по делу самой блогерши — сохраняется право на обращение в Московский городской суд с апелляционными жалобами. До завершения этой стадии судопроизводства выводы судов первой инстанции по обоим делам могут быть скорректированы, отменены или, напротив, оставлены в силе вышестоящей инстанцией.
Дело бывших юристов Митрошиной также стало поводом для более широкой дискуссии, которую периодически поднимают практикующие адвокаты и правозащитники: о уязвимости публичных персон, оказавшихся в поле зрения правоохранительных органов, перед недобросовестными посредниками, предлагающими за деньги «неформальное» решение проблем. Специалисты в области права неоднократно отмечали, что обещания об исключении из несуществующих реестров или ускоренном оформлении иностранного гражданства через посредников — распространенная мошенническая схема, с которой сталкиваются не только знаменитости, но и рядовые граждане, попавшие в поле зрения налоговых или иных проверяющих органов. Специалисты рекомендуют в подобных ситуациях проверять полномочия и репутацию юристов через официальные реестры адвокатских палат и не переводить крупные суммы наличными или на личные счета без документального подтверждения оказываемых услуг.
Материал подготовлен на основе сообщений «Коммерсанта», ТАСС, РБК и других открытых источников, а также сведений, прозвучавших в ходе судебного заседания в Савёловском районном суде Москвы. Приговоры по обоим упомянутым делам не вступили в законную силу и могут быть обжалованы. Все факты и обвинения изложены с учетом принципа презумпции невиновности; окончательная юридическая оценка действий фигурантов относится к исключительной компетенции суда.
