Материал содержит предварительную информацию следствия и версии источников СМИ. В соответствии с принципом презумпции невиновности все упомянутые лица считаются невиновными, пока их вина не установлена и не доказана в законном порядке — тем более когда речь идёт о человеке, который уже не может представить собственную позицию по делу.
Беспрецедентный прецедент
Российская правоохранительная практика знает не так много случаев, когда уголовное дело возбуждают против человека, которого нет в живых почти десять лет. Именно так, по данным «Российской газеты», произошло с Олегом Грищенко — экс-главой Саратова, депутатом Госдумы и в прошлом руководителем Саратовского подшипникового завода (СПЗ). Скончался Грищенко в 2017 году в возрасте 50 лет, однако летом 2026 года стало известно о посмертном предъявлении ему обвинения в мошенничестве в особо крупном размере — по части 4 статьи 159 УК РФ.
Как сообщает издание со ссылкой на собственные источники, обвинение было предъявлено в присутствии близкого родственника покойного — процедура, предусмотренная законом именно для случаев, когда фигурант дела умер, но следствие считает необходимым официально зафиксировать эпизод, в том числе для последующих гражданско-правовых последствий. Адвокат Алексей Мелков в комментарии «РГ» отметил, что подобное возбуждение дела в отношении умершего лица может быть значимо с точки зрения последующих исков к вдове и другим родственникам — то есть речь идёт не столько об уголовном преследовании как таковом, сколько о юридическом основании для взыскания ущерба с наследников и аффилированных лиц.
Официальных комментариев от регионального ГУ МВД или следственного управления СК РФ по данному делу пока не поступало.
Суть претензий следствия
Фабула, которую излагают источники, связана с историей одного из крупнейших промышленных активов Саратова — Саратовского подшипникового завода, а точнее с его социальной инфраструктурой. Ещё в советское время при заводе действовала собственная медсанчасть, объединявшая шесть медицинских зданий. После приватизации предприятия в 1994 году эти объекты вместе с остальным имуществом вошли в уставный капитал акционерного общества.
По версии следствия, в дальнейшем, уже после того как Олег Грищенко возглавил городскую администрацию, здания медсанчасти начали сдаваться в аренду крупной городской больнице — за счёт средств муниципального бюджета. Схема, если верить источникам издания, действовала на протяжении порядка двух десятилетий, начиная примерно с 2005 года. Итоговый ущерб бюджету Саратова следствие оценивает минимум в 700 миллионов рублей.
Ключевая претензия правоохранителей формулируется так: здания социальной сферы, по мнению следствия, оказались в частной собственности с нарушением установленного порядка, а Олег Грищенко как глава города обладал полномочиями инициировать их возврат в государственную (муниципальную) собственность, но, как утверждается, не сделал этого. Именно это бездействие в совокупности с последующей арендной схемой правоохранители квалифицировали как мошенничество в особо крупном размере.
Важно подчеркнуть: приведённые формулировки отражают версию следствия и источников СМИ, а не установленные судом факты. Юридическая оценка действий — предмет дальнейшего разбирательства.
Как складывалась история медсанчасти
Хронология, которую восстанавливают журналисты, выглядит следующим образом. В 2006 году, вскоре после того как Олег Грищенко, занимавший на тот момент должность и.о. главы Саратова, был избран мэром города на постоянной основе, на внеочередном собрании акционеров ОАО «Саратовский подшипниковый завод» было учреждено дочернее общество — ООО «Парацельс». Уставный капитал новой структуры составил 215,7 млн рублей, что соответствовало 99% доли головного акционерного общества.
Согласно учредительным документам, уставный капитал был внесён не денежными средствами, а корпусами бывшей медсанчасти. При этом, как утверждают источники, само собрание акционеров рассматривало лишь вопрос о создании «Парацельса», а прочие детали сделки определяли соучредители «дочки» — супруга будущего мэра Елена Грищенко и ещё один совладелец. Согласия акционеров завода на передачу медицинских корпусов в уставный капитал новой компании, по данным следствия, получено не было. При этом заявленной целью самого ООО было извлечение прибыли, а не оказание медицинской помощи.
До 2013 года городской бюджет регулярно оплачивал аренду зданий для нужд городской клинической больницы №12. По оценке источников, через «Парацельс» ежегодно могло выводиться из бюджета до 50 млн рублей.
В 2013 году, когда договорённости об аренде вызвали общественный резонанс, «Парацельс» был ликвидирован, однако вместо него, как утверждается, появилось сразу пять новых юридических лиц — «Деметра», «Геатон», «Крокус», «Мираж» и муниципальное предприятие «Саратовское городское капитальное строительство и комплектация». Эти структуры, по данным следствия, разделили медицинские корпуса и продолжили получать арендные платежи из бюджета, причём условия аренды стали жёстче, а сама плата — выше. К 2022 году общий объём сборов с порядка 18 тысяч квадратных метров медицинских площадей, по оценкам источников, достигал около 70 млн рублей в год.
Среди лиц, upоминаемых в связи с новыми компаниями, источники называют отчима экс-мэра Александра Рожкова, его сына Дмитрия, а также Елену Грищенко и доверенных лиц семьи. Подчеркнём: сам факт упоминания в публикациях СМИ не означает какого-либо процессуального статуса указанных лиц и не является утверждением об их виновности.
Возврат медсанчасти государству
История получила юридическое развитие ещё до возбуждения уголовного дела. В 2022–2023 годах в арбитражные суды были поданы два иска — от первого заместителя прокурора Саратовской области в интересах Российской Федерации в лице территориального управления Росимущества, а также отдельный иск от регионального правительства. В феврале 2023 года оба дела были объединены в одно производство, а уже в марте того же года суд принял решение об истребовании больничного комплекса в собственность территориального управления Росимущества.
Судебные инстанции установили, что при приватизации завода в 1994 году порядок финансирования объектов здравоохранения не был должным образом определён, а согласительная комиссия с участием представителя правительства РФ, предусмотренная законом для подобных случаев, не заседала. Таким образом, по выводам судов, больничный комплекс остался в собственности завода вместо того, чтобы быть переданным муниципалитету, как это происходило с аналогичными объектами социальной сферы в других случаях. Кассационная инстанция оставила в силе решения нижестоящих судов.
Позднее, в декабре 2023 года, министерство здравоохранения Саратовской области, заместитель прокурора региона и государственное учреждение «Областной клинический кардиологический диспансер», ранее выступавшее арендатором помещений, обратились с иском о возмещении ущерба к четырём компаниям — «Крокусу», «Миражу», «Деметре» и «Геатону». С них солидарно требовали 136,4 млн рублей, полученных в качестве арендных платежей с декабря 2020 по февраль 2023 года. Спустя несколько дней после подачи иска областной арбитражный суд по ходатайству прокуратуры наложил арест на счета ответчиков в банке «Агророс» в пределах истребуемых сумм.
Дело прошло все судебные инстанции, включая кассационный суд в Казани, который в октябре 2025 года оставил в силе решение апелляции: с «Геатона» взыскано порядка 36,4 млн рублей, с «Миража» — 32,1 млн, с «Крокуса» — 34 млн, с «Деметры» — 25,3 млн. Верховный суд РФ отказался принимать жалобу к рассмотрению.
Таким образом, к моменту возбуждения уголовного дела медицинский комплекс уже более трёх лет находился в государственной собственности, а вопрос компенсации бюджетных потерь частично был решён в судебном порядке. Возбуждение уголовного дела о мошенничестве спустя это время может объясняться не только историей с недвижимостью, но и более широким интересом правоохранительных органов к обстоятельствам приватизации предприятия в целом.
Более широкий контекст: судьба подшипникового бизнеса
Связь эпизода с медсанчастью с более масштабными процессами вокруг подшипниковой отрасли прослеживается через биографию самого завода. Саратовский подшипниковый завод, которым в начале 2000-х руководил Олег Грищенко, в 2007 году вошёл в состав группы компаний «Европейская подшипниковая корпорация» (ЕПК) — крупнейшего на тот момент российского производителя подшипников, созданного в 2001 году бизнесменом и в прошлом депутатом Госдумы Олегом Савченко.
Летом текущего года, по имеющимся данным, Генеральная прокуратура РФ добивалась ареста активов ряда предприятий, входящих в ЕПК, включая саратовскую, волжскую и самарскую площадки группы. Однако впоследствии Лефортовский районный суд Москвы оставил соответствующий иск без рассмотрения, а арест на акции и доли компаний был снят — случай, который источники называют едва ли не первым прецедентом отказа в удовлетворении подобных требований надзорного ведомства.
История собственников ЕПК за последние годы менялась неоднократно: в 2008 году основатели, по имеющимся сведениям, продали половину бизнеса структурам, связанным с Романом Абрамовичем, а в 2020 году ФАС одобрила приобретение крупного пакета акций без раскрытия имени покупателя — по данным «Коммерсанта», сделка носила внутригрупповой характер. Весной 2023 года совладелец Александр Москаленко продал 100% акций российских активов «Фонду промышленных инноваций», сохранив за собой завод в Казахстане и долю в совместном предприятии «ЕПК-Бренко» на площадке «ЕПК-Саратов», где после выхода из бизнеса американских партнёров в 2022 году единственным собственником указана нидерландская компания с нераскрытыми бенефициарами.
Станет ли эпизод с медсанчастью основанием для более широкой юридической переоценки обстоятельств приватизации самого подшипникового завода — вопрос, ответ на который, по мнению наблюдателей, могут дать лишь дальнейшие процессуальные шаги следствия.
Биографическая справка
Олег Грищенко родился в Саратове, в 1985 году окончил монтажный техникум, в 1998-м — Саратовский коммерческий институт МГУ. Карьеру начинал на Саратовском подшипниковом заводе: с 2000 года — замгендиректора по коммерческой политике, с 2003 по 2005 год возглавлял предприятие, финансовый результат которого за это время, по имеющимся данным, превысил 1 млрд рублей.
Далее — депутат облдумы, с 2005 года работа в горадминистрации и избрание мэром в том же году, переизбрание в 2011-м; бессменно руководил городом до 2016 года, когда получил мандат депутата Госдумы. Согласно декларациям, семейный доход составил 21,5 млн рублей за 2015 год и около 184 млн — за 2016-й. Скончался в 2017 году после продолжительной болезни.
Что дальше
Возбуждение уголовного дела в отношении умершего человека — юридически сложная и редко применяемая процедура, которая, как правило, преследует цель не наказания (что невозможно), а создания правовых оснований для взыскания ущерба с наследников или связанных лиц, а также для установления обстоятельств, значимых для смежных разбирательств — в том числе, возможно, вокруг судьбы самого подшипникового завода. Официальная позиция правоохранительных органов по существу дела пока не обнародована, а родственники покойного экс-мэра публично ситуацию не комментировали.
Материал подготовлен на основе сообщений «Российской газеты», «Коммерсанта», а также открытых данных судебных решений арбитражных судов Саратовской области и Поволжского округа. Все факты изложены в соответствии с принципом презумпции невиновности.
