Байкер, насмерть сбивший актрису и фотографа Ксению Добромилову во время её «фотоохоты» в Москве, разрыдался на заседании суда, который отправил его под домашний арест.
Майское солнце в этом году обмануло Москву дважды. Сначала — тёплым обещанием лета, которое вытащило тысячи людей на улицы. А потом — той самой погодой, из-за которой 34-летняя девушка с фотоаппаратом вышла на проезжую часть Большой Дорогомиловской улицы и больше не вернулась домой.
Человек с камерой посреди дороги
Ксения Добромилова не боялась дороги. Она её любила — с той особенной, почти профессиональной нежностью, которая бывает только у людей, сроднившихся с мотоциклами не по обязанности, а по призванию. Она и сама была байкером — со стажем, с переломом лучевой кости после аварии 2023 года и с упрямым нежеланием отступать от того, что считала своим делом.
Её «фотоохоты» — так она сама называла выезды на съёмки — давно стали событием в московском мотосообществе. Схема была простой и одновременно рискованной: накануне она публиковала в социальных сетях место и время, байкеры съезжались, а она выходила на дорогу с камерой, ловя в объектив тот момент, когда мотоцикл встаёт на заднее колесо и словно зависает между асфальтом и небом. Ради такого кадра она готова была стоять там, где пешеходам стоять не положено.
5 мая выдалось именно таким днём, о котором она писала в своём посте: жарким, ясным, идеальным для съёмки. Она позвала байкеров на Большую Дорогомиловскую и уточнила: не газуйте, рядом жилые дома. Это была последняя публикация перед трагедией.
К назначенному времени к точке подтянулись участники. Ксения заняла привычную позицию на проезжей части. Камера была готова. Один из байкеров начал выполнять вилли — классический трюк с подъёмом переднего колеса. В какой-то момент он потерял контроль над машиной. Тяжёлый мотоцикл BMW, не слушаясь больше водителя, влетел в девушку.
Удар был страшным. Ксения получила открытую черепно-мозговую травму и множественные переломы. Бригада скорой помощи, прибывшая на место, не смогла ей помочь. Она скончалась в машине реанимации — так и не доехав до больницы.
Водитель мотоцикла тоже вылетел из седла. Его травмы оказались несравнимо легче: ушибы плеча, кисти, растяжение связок голеностопа. Фактически — он остался жив.
Роли и образы одного человека
Тех, кто знал Ксению Добромилову только по клипу «Девочка-война» дуэта HammAli & Navai, могло удивить то, как много за этим образом скрывалось. Клип вышел в 2023 году и быстро разошёлся по сети — более 160 миллионов просмотров сделали Ксению узнаваемой далеко за пределами узких профессиональных кругов. Она играла главную роль, и её лицо запомнили миллионы.
Но сама она никогда не считала этот клип вершиной биографии — скорее, одной из её ярких страниц. Она окончила Театральный колледж имени Филатова как актриса музыкального театра, получила образование в МГИКе, прошла курс телерадиоведущей в «Останкино». Параллельно занималась пением — её музыка была известна в азиатских странах. Вела блог. Снимала байкеров.
Именно фотография стала для неё не просто хобби, а особым языком. Она умела работать в условиях, в которых большинство профессионалов просто не стали бы рисковать. Стоять на разделительной полосе между двумя потоками машин ради идеального ракурса — это был её выбор, её стиль, её риск.
Мать рассказала, что незадолго до гибели дочь строила планы на будущее. Готовилась к свадьбе. В их последнем разговоре — примерно за неделю до трагедии — она вдруг произнесла фразу, которая теперь звучит как предчувствие: «Мам, до свадьбы ещё дожить надо». Мать не придала этим словам значения. Теперь они не выходят у неё из головы.
Байкер с историей
Максима Завирюху задержали в тот же день. Ему — по разным данным источников — от 32 до 34 лет. Уроженец Тверской области, житель подмосковного Красногорска. По профессии — специалист по управлению погрузочно-разгрузочным оборудованием. В свободное время — байкер.
То, что всплыло в ходе следствия, рисует неоднозначный портрет. За шесть лет езды на мотоцикле он успел накопить 21 административный протокол за нарушение правил дорожного движения. Систематические нарушения — это уже не случайность и не невнимательность, это паттерн поведения на дороге. Именно этот аргумент следствие выдвинуло как один из главных при ходатайстве об аресте.
Кроме того, по некоторым сведениям, незадолго до роковой даты — примерно за две недели — Завирюха уже попадал в аварийную ситуацию. И тем не менее продолжал ездить. В день трагедии он был трезв — это установлено и зафиксировано в материалах дела.
После задержания он признал вину. Сразу, без попыток уйти от ответственности или переложить её на обстоятельства. Водительские права были изъяты в момент задержания.
Зал суда. 7 мая
В Никулинский районный суд Москвы его привезли 7 мая — для рассмотрения ходатайства следствия об избрании меры пресечения. Он вошёл, прихрамывая — последствия травм ещё давали о себе знать. В руке держал листок бумаги, которым поначалу прикрывал лицо от камер журналистов. Потом опустил его. Сел. Опустил голову.
Заседание шло своим чередом. Следователь настаивала: обвиняемый систематически нарушал ПДД, 21 раз привлекался к административной ответственности, является рецидивистом в части дорожных правонарушений, а тяжесть наступивших последствий требует изоляции от общества. Она просила заключить Завирюху под стражу.
Адвокат защиты возражала: отягчающих обстоятельств в деле нет, клиент вину признал, находился за рулём трезвым, сам пострадал в аварии, права изъяты и повторить подобное физически не может, готов возместить ущерб семье погибшей.
Когда судья задал Завирюхе вопрос о том, мог ли он избежать столкновения — мужчина не ответил словами. Он заплакал. Прямо в зале суда, на виду у журналистов, у присутствующих, у судьи. Говорил, что чувство вины не отпускает его с момента аварии, что ему плохо, что он хотел бы как-то помочь семье Ксении — хотя прекрасно понимает, что никакие деньги не вернут человека.
Судья Михаил Максимов выслушал обе стороны. И отклонил ходатайство следствия.
Решение суда: домашний арест сроком на два месяца — до 5 июля 2026 года. Обвиняемый был освобождён прямо в зале заседания.
Статья, срок, перспективы
Максиму Завирюхе предъявлено обвинение по части 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации — нарушение правил дорожного движения, повлёкшее по неосторожности смерть человека. Санкция по этой статье предусматривает лишение свободы на срок до пяти лет, либо принудительные работы сроком до четырёх лет, либо лишение права управления транспортным средством на срок до трёх лет.
Итоговый приговор будет зависеть от целого ряда факторов. Ключевую роль сыграют результаты технической экспертизы: следователям необходимо точно восстановить скорость мотоцикла в момент столкновения, положение пешехода на проезжей части, наличие или отсутствие реальной возможности избежать наезда. Не менее важны показания свидетелей и данные с камер видеонаблюдения.
Существенное значение для суда будет иметь позиция потерпевшей стороны — семьи Ксении Добромиловой. Если родственники примут компенсацию и выступят с менее жёсткими требованиями в ходе заседаний, это может повлиять на итоговую меру наказания. Признание вины и раскаяние в российском судопроизводстве традиционно учитываются как смягчающие обстоятельства.
Дело пока находится на стадии расследования. Прокуратура Западного административного округа Москвы взяла контроль над ходом следствия на себя.
Спор, который не утихает
Трагедия спровоцировала острую дискуссию внутри мотосообщества — и за его пределами. Она не затихла даже после суда.
Одни убеждены: виноват байкер. Трюк «вилли» на оживлённой городской улице — это не лихачество, это безрассудство, граничащее с преступлением. Потерять контроль над машиной весом под двести килограммов там, где рядом стоит человек — последствия могли быть только такими.
Другие говорят иначе: фотограф не должна была выходить на проезжую часть. Существуют островки безопасности, существуют тротуары, существуют правила — и нарушение этих правил в зоне активного движения является осознанным риском, который человек принимает на себя добровольно. При всём уважении к профессии и памяти погибшей.
Третьи смотрят на ситуацию шире: это история о культуре вождения, о безнаказанности при систематических нарушениях ПДД, о пробелах в контроле за трюкачеством на городских улицах, о том, что 21 протокол за шесть лет не привёл к реальным последствиям для водителя.
Правовую точку в этом споре поставит суд. Но моральную — вряд ли.
Случайное совпадение одного дня
Этот день оказался странным вдвойне. Пока на Большой Дорогомиловской разворачивалась трагедия, в другой части Москвы в дорожную аварию попал рэпер Navai — один из артистов дуэта, в чьём клипе Добромилова снялась и стала известна. Его автомобиль вылетел на тротуар и врезался в дерево. Navai находился на пассажирском сиденье. О гибели Ксении он узнал из новостей — и не нашёл слов, кроме простого: «Царство ей небесное».
Совпадение, не несущее никакого смысла. Просто один день, в который всё пошло не так.
Вместо послесловия
Большая Дорогомиловская улица — один из старейших московских маршрутов. До 1936 года по ней ходили трамваи. До 2019-го — троллейбусы. Сейчас здесь только автомобили, мотоциклы и редкие пешеходы, которым нечего делать в этом транспортном коридоре.
Ксения Добромилова выходила сюда снова и снова — потому что именно здесь получались те кадры, ради которых стоило рисковать. По крайней мере, так казалось.
Теперь дело о её гибели передано в суд. Максим Завирюха сидит под домашним арестом в Красногорске. Следствие работает. Москва живёт дальше.
А где-то в памяти тысяч людей остался клип про «Девочку-войну» — и девушка в нём, которая смотрит в камеру так, будто знает что-то важное. Что-то, чего не знаем мы.
Материал подготовлен на основе данных РИА Новости, ТАСС, Агентства городских новостей «Москва», Москвы 24, Фонтанки, MSK1.RU и пресс-службы судов общей юрисдикции города Москвы.
Источник: Агентство судебной информации «Громкое дело»
Загрузить еще
